Полное собрание сочинений в 10 томах.

* * *

От этих знатных господ покою нет и нашему брату тюремщику. Простых людей, слава богу, мы вешаем каждую пятницу, и никогда с ними никаких хлопот. Прочтут им приговор, священник причастит их на скорую руку, дадут бутылку вина; коли есть жена или ребятишки, коли отец или мать еще живы, впустишь их на минуту, а чуть лишь слишком завоют или заболтаются, так и вон милости просим. На рассвете придет за ними Жак-палач — и всe кончено. А вот посадили к нам графа Конрада, так я и жизни не рад. Я у него на посылках. Принеси то-то, скажи то, кликни того-то. Начальство поминутно меня требует: всe ли у тебя исправно? да не ушел ли он? да не зарезался бы он? да доволен ли он? Чeрт побери знатных господ! И с тех пор, как судьи приговорили его к смерти, так тюрьма моя сделалась трактиром, ей-богу, трактиром. И друзья, и родня, и знакомые — все лезут с ним прощаться, — отпирай всякому, да смотри за всеми, да не смей никого обидеть; и хоть бы что-нибудь в руку перепало, да нет, всё народ благородный — свободен от всех податей. Право, ни на что не похоже! Слава богу, что утром отрубят ему голову, а уж эту ночь напляшемся...

Стучат.

Это кто стучится? (Идет к дверям и отворяет окошечко.) Что вам надобно?

Слуга (за дверью). Отворяй, — графиня с дочерью!

Тюремщик. А где пропуск?

Слуга (бросает ему бумагу). Ha! скорее ж! поворачивайся!

Тюремщик. Сейчас, сейчас! экая каторга!

Отворяет двери. Входят   графиня и   дочь ее,  обе в черном платьe. Тюремщик им низко кланяется.